Сервелат с чёрного хода За Октябриной Петровной...

Сервелат с чёрного хода За Октябриной Петровной Хорошевич сотрудники ОБХСС пришли утром. И сделали исключение лишь в одном: не стали защёлкивать наручники на запястьях. Хозяйка квартиры в последний раз окинула взглядом свои апартаменты – будто чувствовала, что уже никогда сюда не вернётся. А начало жизни было таким складным! Заботливые родители, дом – полная чаша, школа с английским уклоном! Тогда самыми востребованными и престижными считались профессии врача, инженера, учителя и работника советской торговли. Девочка с революционным именем решила стать, по меньшей мере, директором магазина! Пять лет учёбы в институте торговли пролетели быстро. И вот уже по распределению Октябрина попала в далёкий провинциальный райцентр. В юности многие подвержены романтизму, в душе робин гуды и абсолютно искренни и честны со всеми. Вот и молодой специалист работала поначалу честно! Где – то там в далёкой Москве судили директора валютной «Берёзки», а она, как заведующая производством сети кафе и ресторанов, всё делала так, как учили в институте. Главная фигура – покупатель! Высокая культура обслуживания! Никаких обсчётов, обвесов и пересортицы! Ладились дела и на семейном фронте. Вышла замуж за перспективного молодого инженера, пошли дети… Как произошло её перерождение (тогда модное было слово) – сама не заметила! Все заповеди советских работников торговли оказались забыты! Это только для простых советских людей на витринах ничего не было! Одна из жительниц того городка писала своим родственникам: «На прилавках пусто, одна тухлая селёдка…» А на складах – всё имелось! К тому времени Октябрина заняла пост председателя потребительского общества и охамела до такой степени, что отказала в приобретении мебельной стенки «Слава» участнику Великой Отечественной войны, а пустила её налево – какому – то нужному человеку. Да и не узнать стало Хорошевич – властный взгляд, холёное лицо, золотые перстни на пухлых пальцах, дорогие шубы и костюмы. В то время как многие простые женщины ходили ещё в полушалках и одинаковых пальто с цигейковым воротником. Сгубила Октябрину дружба с сильными мира сего! Да, да! В одном из ресторанов её общества отоваривались чуть ли не все «блатные» этого сибирского городка. Поначалу принцип «Расчёт чаще – дружба дольше!» вроде бы соблюдался, но со временем её высокопоставленные «друзья» начали ходить на склады, как в свои хоромы, стали забывать вовремя рассчитываться. Особенно преуспел в этом потребительском деле председатель горисполкома. Подъезжал на служебной чёрной «Волге» прямо к чёрному ходу. Чёрная икра, балык, дорогие консервы, настоящее «Советское шампанское», шоколадные конфеты «Ассорти» - всё это перекочёвывало из глубин склада во вместительный багажник градоначальника. А тем временем Октябрина и сама забылась: хищения и «благотворительность» на её складах достигли неимоверных размеров. Всё чаще на шикарных банкетах пьяная и разнузданная Октябрина Петровна восклицала: «Я – главная в этом городе!» А руководители города и района соглашались до поры до времени – лишь бы не лишаться спецпайка! А потом грянул гром! Ревизоры из областного центра обнаружили очень крупную недостачу в торговом учреждении Октябрины. Праздник жизни закончился! Одна лишь подруга Хорошевич – сотрудница райкома – оказалась ей верна. Пыталась как – то помочь в беде. Положила директрису в стационар. Дескать, умопомрачение! Всё напрасно! На заседании народного суда Октябрина безуспешно пыталась найти взглядом хоть одно «блатное» прикормленное лицо. Все, кто брал у неё сервелат с чёрного хода, сразу отвернулись! Мол, знать – не знаем расхитительницу социалистической собственности, ведать – не ведаем о её грязных делишках. И сменила Октябрина Петровна дорогую шубу на тюремный ватник. Сергей Предеин. Гастрономический натюрморт;