Бьётся в тесной печурке огонь, а нам не тесно, а уютно вдвоем)))
Бьётся в тесной печурке огонь, а нам не тесно, а уютно вдвоем)))
Читайте также
Самый кpyпный в мирe изyмpуд - 57500 кaрат (около 11 кг)
Самый кpyпный в мирe изyмpуд - 57500 кaрат (около 11 кг)
Actias dubernardi — вид бабочек из семейства павлиноглазок.
Actias dubernardi — вид бабочек из семейства павлиноглазок.
Ашрита Фурман разбил 80 яиц об голову за одну минуту
Ашрита Фурман разбил 80 яиц об голову за одну минуту
Космические украшенияP. S. Ещё больше вдохновения и...
Космические украшения
P. S. Ещё больше вдохновения и качественных handmade-изделий вы найдёте на маркете «4 сезона» (Москва) 6-7 марта (малый зал Artplay). Подробности [club56386997|в группе маркета].
Oни пpocтo xoтeли пpoдaть cвoи зepкaлa...Интересные факты и тайны
Oни пpocтo xoтeли пpoдaть cвoи зepкaлa...
Интересные факты и тайны
Город В густых диких лесах стоит древний Город — нет...
Город
В густых диких лесах стоит древний Город — нет названия ему. Время укрывало его ото всех на протяжении тысяч лет.
Город был огромен. Богатые купцы торговали в нем, исправно наполняя городскую казну. Тысячи ремесленников трудились от зари до зари, являя миру чудесные плоды своих умений. Бесчисленные крестьяне, жившие вокруг Города, кормили исполина, свозя в бездонные амбары рассыпчатое золото зерна.
Но сегодня даже изможденный бродяга или отчаянный беглый каторжник десятой дорогой обходит руины Города. И даже дикие звери не решаются ступить на заросшие травой и кустарником улицы.
В его центре широкая мощеная дорога рекой разливается вокруг площади, упираясь в гранитные стены старого дворца. Колонны из белого мрамора все так же ослепительны, как и в дни былого величия, и так же гордо склоняет свою чашу с дарами колосс пред древним идолом.
Чаша та из серебра отлита, украшена чернью, темна от крови, которой раньше была наполнена. А кровью идола поили — Золотого Тельца.
Величественный дворец ныне тих и пустынен. Беломраморные стены зарастают черным мхом, от огромных деревянных дверей осталась лишь серая труха, да вязь кованых украшений.
Тронный зал был когда-то отделан теплым змеевиком, украшен медью и самоцветами. Часто гремели в нем пиры, и могучие воины и прекрасные девы склоняли головы пред искусными сказаниями заезжих певцов.
Но до сих пор пируют во мраке зыбкие тени, знавшие вкус власти над богатейшей землей. И взирает на празднество Царь, на троне сидящий. Ветры и солнце белили веками тонкие царские кости. На голове же его даже во тьме мрачно сияет тусклое красное золото.
Тени же те — гости, жадные до крепких вин с пряным запахом крови. Все они здесь — все, кто отведал сладкого яда, щедро налитого в кубки. Студню подобен был яд, но выжигал он не только тела — души приковывал к месту.
Остались и те, кто спасенья искал в блеске несущей смерть стали. Но топоры и мечи не смогли отогнать серых вестников смерти. Фрески на стенах впитали кровь павших, героев картин своих оживили. Люди кричали, моля о пощаде, но глухи чудовища к воплям их были.
Только когда забрезжил рассвет — зал опустел.
Вопли наполнили Город.
Комментарии